Мы уходили молча из Афгана…

В преддверии Дня защитника Отечества в военно-патриотическом клубе «Гвардия» прошел Урок мужества. О своем боевом прошлом, армейской дружбе юнармейцам рассказал воин-интернационалист Николай Смольников. Мне кажется, узнать о его судьбе будет интересно жителям Сарапула разных возрастов, поэтому я попросила Николая Алексеевича дать интервью «Красному Прикамью»

— Николай Алексеевич, расскажите немного о себе.

— Я родился в селе Тарасово в 1945 году. В 1961 году окончил Сарапульское училище № 11 по специальности «плотник». Перед армией от военкомата окончил курсы водителя-профессионала и курсы парашютистов. На сегодняшний день имею в копилке 214 прыжков с самолетов АН-2, АН-12, АН-22. В 1964-м был призван в ряды Советской Армии и направлен в 103-ю воздушно-десантную гвардейскую дивизию, которая располагалась в Белоруссии, в г. Витебске, где меня определили в ремонтную роту. Освоил множество профессий: был помощником кузнеца, токарем, фрезеровщиком — на всех станках научился работать, мог отремонтировать любую технику.
Но это не освобождало нас от общеармейской подготовки: совершали учебно-тренировочные прыжки с парашютом с самолетов АН-2 и АН-12, занимались огневой подготовкой на стрельбище. Зимой на учениях жили в палатках, занимались ремонтом автотехники.
В общем, суровые, но обычные военные будни. Настоящая мужская работа, к которой я «прикипел» душой.
В 1967 году остался на сверхсрочную в звании старшего сержанта, принял участие в крупнейших после войны учениях «Днепр». В 1968 году в составе 103-й гвардейской ВДД принимал участие в оказании интернациональной помощи братскому чехословацкому народу. В 1973 году окончил 332-ю школу прапорщиков и был направлен для прохождения службы в 103-ю гвардейскую воздушно-десантную дивизию.

— А как Вы оказались в Афганистане? Как он вас встретил?

— В декабре 1979 года нас подняли по тревоге. И спецчасти 103-й ВДД маршем пошли в Смоленск, где расквартировались на военном аэродроме. В ту зиму морозы там ударили под 28 градусов. Загрузили технику в самолеты АН-12 и около двух недель жили в ожидании вылета в Афганистан. Боевые машины были готовы и не к таким суровым морозам, а вот автомобильная техника — нет: не успели перевести автотранспорт на зимнюю эксплуатацию (должна была быть произведена замена воды в системе охлаждения на антифриз (незамерзающая жидкость). Я отвечал за технику медсанбата. Вдруг поступил приказ: «Машины выгнать!» С трудом на морозе завели машины, выгрузили из самолета и стали ждать следующий команды. Она поступила на другой день: «Загрузить всю технику в прибывшие
самолеты АН-22!» Загрузили, поехали на обед и вдруг команда: «На взлет!» Была промежуточная посадка на аэродроме в городе Энгельсе. А так как в автотранспорте была залита вода, пришлось с водителями прогревать двигатели прямо в самолетах. Наша 103-я ВДД взлетала с разных аэродромов. Полки летели на Кабул, а спецчасти — на г. Баграм.
Когда прилетели, первое ощущение было – тепло: после 30-градусных морозов здесь было около плюс 15. Вышли из самолета грязные, черные: до этого в палатках сидели, грелись на земле у костра. Начали ставить палатки – и тут засвистели первые пули…
Надо отметить, что наша 103-я воздушно-десантная дивизия была «равнинной», мы даже на учениях никогда не применяли тактику ведения боевых действий в горах. И когда нас начали обстреливать в первый раз, мы прятались за палатки, думая, что это учебные стрельбы. Но все оказалось по-настоящему…
Огневые вражеские точки были подавлены, и пришел приказ срочно выдвигаться на Кабул. Была уже ночь, и мы колонной с потушенными фарами двинулись на Кабул, это около 40 км.
А в Кабуле уже шли бои. Брали с боем дворец Амина, тюрьму, Министерство обороны…
В прибывшей вскоре к нам санитарной машине уже лежали убитые солдаты…
В тот период мы и не думали, что война будет тяжелой и затяжной, продлится долгие девять лет.
Первые потери в нашей дивизии были при подлете к Кабулу. Самолет ИЛ-76, в котором находился личный состав и техника, при заходе на посадку зацепился за вершину горы и взорвался. Это была страшная
трагедия…
Не хватало очень многого. В горы не могли подвозить пищу. Даже с водой было напряженно, несмотря на то что под Кабулом была скважина, где весь город набирал воду. Не хватало и людей: наши медсестры еще не добрались до Кабула. А раненых солдат было много. Мне пришлось надеть медицинскую форму, вместе с терапевтом мы готовили гипс. Начальник медицинского склада работал за медсестру, потому что был единственным, кто знал весь арсенал приборов.
Вот так мы встречали первых раненых.
Но, пожалуй, самым пугающим было то, что не хватало даже гробов и холодильников. Убитые лежали под открытым небом. Уже потом привезли огромное количество гробов, которые возвышались высокой пирамидой, закрытой маскировочной сетью, напротив палаток. Нечего и говорить, что это пагубно влияло на психику.
Я помню, мы с другом вышли из палатки, и я у него спросил: «Какие гробы наши с тобой по счету?» И такие мысли приходили…

— Когда начались первые военные операции?

— Первая операция проводилась 27 февраля 1980 года под названием «Кунарская». Третий батальон 103-й воздушно-десантной дивизии, разведрота и саперная рота участвовали в этой операции. Большие потери понесла 9-я рота: снайперы выводили из строя в первую очередь офицеров и сержантов. Комроты Тарасевич был ранен, ранены были взводные – старшие лейтенанты Задоркин и Караченцев. В этой операции погибли Герои СССР старший сержант Николай Чепик (сапер, когда его окружили душманы, он подорвал мину МОН-100 направленного поражения) и старший сержант Александр Мироненко (из разведроты, подорвал себя гранатой). Звание Героев им было присвоено посмертно.
Сказывалось неумение воевать в горах. В Кунарской операции участвовали два моих земляка – Виктор Шишкин и Анатолий Шитов, которые на сегодняшний день проживают в г. Сарапуле, мы частенько встречаемся. В 1981 году старший сержант Шитов был прикомандирован в ремвзвод, которым я командовал.

— С чем еще пришлось столкнуться в Афганистане?

— В 1980 году была вспышка желтухи. Всех заболевших увозили в Ташкент. Потом поставили инфекционный госпиталь поблизости, и лечение проводилось уже в госпитале. Были смертельные случаи от этой болезни. Для афганцев антисанитарные условия были привычными, они мало болели желтухой. Были случаи, что отдельные солдаты сами заражались, чтобы не участвовать в боевых операциях (и такое было).

— На какое-то время Вы покидали передовую. Почему?

— В 1981 году я был отправлен на операцию в Минск. Лишь в 1986-м вернулся в тот же медсанбат. Но там меня встречали уже другие люди. Когда я уезжал, были полевая кухня, палатки, а когда вернулся, появились асфальтовые дорожки, большая кухня, ангар, были установлены туалеты, кондиционеры.
Но война продолжалась.
В 1988 году по выслуге лет я вышел на пенсию. А в 1989 был осуществлен вывод ограниченного контингента советских войск из Афганистана.

— Николай Алексеевич, какие качества, на Ваш взгляд, отличают советского, российского солдата от других?

— Ни один солдат в мире, кроме нашего, не обладает таким чувством собственного достоинства, честью, совестью, самоотдачей, готовностью пойти на самопожертвование. Для него первый принцип: человек человеку друг. Советский, русский солдат никогда не забывает об окружающих, он всегда готов отдать пайку другу, а сам
остаться голодным.

— Чем Вы занимаетесь в настоящее время?

— Пять лет возглавлял Совет ветеранов Сарапульского нефтедобывающего управления. В настоящее время являюсь членом президиума Совета ветеранов Сарапульского района. Активно занимаюсь военно-патриотическим воспитанием подрастающего поколения, часто провожу вот такие встречи, какая у нас состоялась сегодня. Занимаюсь поэтическим творчеством, являюсь автором-исполнителем собственных песен, был солистом хора ветеранов с. Сигаево, участником народного ансамбля эстрадной и авторской песни «Орион». Недавно создали группу «Ветераны в строю». Являюсь лауреатом международных, всероссийских и республиканских конкурсов военно-патриотической солдатской песни. В общем, есть еще порох в пороховницах.

— Оглядываясь на пройденный путь, как Вы оцениваете свою жизнь?

— Горжусь, что служил в воздушно-десантной дивизии. С гордостью ношу медаль «За боевые заслуги». Дороги мне и награды за победы на фестивалях солдатской песни.

Анастасия Таначева.
Фото из личного архива
Н. А. Смольникова.

Чехословакия.
1968 год
Вот в таких условиях мы начинали новую страницу нашей истории
в Афганистане
Личный состав медбата.
1979-1981 годы
Юнармейцы с Николаем Смольниковым, депутатом Сарапульской
городской Думы Анатолием Павловым и руководителем
клуба «Гвардия» Татьяной Кузнецовой

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *